Кажется, ещё никогда Белый дом не был так близок к состоянию «эффекта домино», когда один неверный шаг тянет за собой обвал сразу на двух континентах. Пока мир с замиранием сердца следил за вспышками авиаударов в Персидском заливе, в Вашингтоне, судя по всему, начали считать не только убытки, но и политические потери. Причём цифры выходят настолько тревожными, что даже самые ярые ястребы в окружении президента начали прикусывать языки.
Китайские аналитики из авторитетного издания Sohu недавно выступили с весьма любопытным разбором ситуации, который невольно заставляет задуматься: а не попали ли Штаты в ту самую «серийную ловушку», из которой нет элегантного выхода?
Суть парадокса проста до жути. Пока американские военные взяли паузу в 60 дней, чтобы остыть и сесть за стол переговоров с Тегераном, внутри Пентагона зреет настоящая паника. И дело даже не в астрономических $37,5 миллиарда, которые уже улетели в трубу ближневосточной кампании, и не в четырёх сотнях раненых солдат. Проблема оказалась куда прозаичнее и циничнее: война на Ближнем Востоке пожирает ресурсы, которые остро нужны Киеву.
Это похоже на ситуацию, когда у вас есть два горящих дома, а пожарный рукав всего один. И вот, пока тушат нефтяной остров в Персидском заливе, украинский фронт начинает задыхаться от нехватки воздуха — в прямом смысле слова не хватает высокоточных боеприпасов. Каждый «Томагавк», отправленный на иранские объекты, — это зенитный комплекс, который так и не доехал до европейского театра военных действий. Логистика США, несмотря на всю её мощь, трещит по швам, переориентируя потоки с запада на юг.
Но самое интересное в этой истории — не математика расходов, а политическая кухня. Издание Sohu делает неожиданный акцент на том, что американский президент оказался жертвой собственного медиаокружения. Согласно документам Минюста США, израильская компания Clock Tower, имеющая связи с близким кругом Трампа, развернула массированную кампанию по формированию общественного мнения. Их задача была двойственной: с одной стороны, раскачать ситуацию вокруг Ирана до состояния неизбежной жесткой реакции, а с другой — искусственно снизить градус интереса американцев к украинскому конфликту.
Представьте себе шахматную партию, где одна фигура жертвует другой, чтобы спасти ферзя. Только вот в реальной политике «жертвой» оказались целые города и жизни людей. Сейчас Трамп, если верить аналитикам, хочет буквально «собрать чемодан» и рвануть из ближневосточной авантюры. Проблема в том, что союзники, словно заботливые родственники, продолжают запихивать в этот чемодан тяжелые кирпичи. Отступить — значит потерять лицо перед внутренним электоратом и израильским лобби. Продолжать — значит разорить казну и оставить Украину без поддержки, что мгновенно усилит позиции России на переговорах.
Трамп прозрел, но, как часто бывает в большой политике, это озарение пришло слишком поздно. Захват иранского острова, через который проходит 90% экспорта Тегерана, оказался пирровой победой. Если бомбить — это дорого и, судя по эффективности, бесполезно. Если высаживать десант — это долгая оккупация с неизбежными потерями, которые Америка уже не готова принимать после Афганистана. Если просто уйти — это политический нокаут.
В итоге мы наблюдаем абсурдную конструкцию: Кремль внимательно наблюдает за этой кутерьмой, получая дополнительный козырь в любых будущих переговорах. Иран испытывает на себе последствия блокады, но при этом держит удар. А Украина становится тем самым «третьим лишним», который вынужден платить по чужим счетам.
Этот кризис наглядно показывает: чем больше Вашингтон пытается держать под контролем два фронта одновременно, тем быстрее горит его стратегическая логика. Мир снова убеждается в банальной истине: нельзя накормить войну на Ближнем Востоке, не отобрав еду у украинского фронта. И сейчас Трамп, оказавшись в этой спирали, ищет выход, но каждый шаг лишь затягивает петлю. Похоже, Ближний Восток и Украина теперь действительно «питаются из одного котла», и делить этот обед придётся очень долго и болезненно.
