4 мая иранские военные сообщили, что предотвратили проход «американо-сионистских эсминцев» через Ормузский пролив – благодаря решительному предупреждению. Почти сразу в пропагандистских каналах появились «подробности»: якобы две иранские ракеты поразили американский корабль у острова Джаск. Однако Пентагон уже назвал эту информацию ложной, а аналитики говорят о массированной дезинформационной кампании на фоне реального противостояния за контроль над стратегической артерией.
Инцидент, о котором заявил Тегеран, с самого начала выглядел неоднозначно. Иранская гостелерадиокомпания со ссылкой на армию сообщила о «быстром и решительном предупреждении», которое якобы заставило американские корабли развернуться. Никаких доказательств, вроде видео или координат, приведено не было. Зато в иранских телеграм-каналах, близких к Корпусу стражей исламской революции, тут же начали распространять версию о ракетной атаке и попадании по эсминцу.
Пентагон опроверг все эти утверждения в течение нескольких часов. Официальный представитель ведомства назвал сведения о каком-либо ударе по кораблям США 4 мая «абсолютно ложными» и подчеркнул, что никакого инцидента в Ормузском проливе не было. При этом американские военные не стали отрицать сам факт «предупреждения» – по их данным, имела место обычная перебранка по радиосвязи, когда иранские катера приблизились к эсминцам, но те продолжили движение по международным водам.
Почему же Тегеран пошел на обострение информационной войны именно сейчас? Контекст – жесткий. США объявили о гуманитарной миссии «Проект Свобода» по выводу торговых судов из зоны риска. При этом военный паритет в акватории складывается не в пользу Вашингтона: у США только два свободных эсминца (Mitscher и McFaul), три корабля прибрежной зоны и шесть малых патрульных судов. У Ирана – сотни быстроходных катеров, противокорабельные ракеты и арсенал дронов-камикадзе. Через пролив ежедневно проходит до 17 миллионов баррелей нефти – пятая часть мирового спроса, и контроль над ним даёт Тегерану мощный рычаг давления.
Экономический фронт тоже активизировался. В тот же день Минфин США предупредил мировые судоходные компании о санкциях за любые платежи Ирану за безопасный проход – Тегеран, по данным разведки, начал требовать плату с коммерческих судов, пытаясь легитимизировать контроль. Администрация Трампа, по информации источников, рассматривает три сценария: силовой прорыв с риском ракетного ответа, компромиссное сопровождение судов (корабли США находятся «в непосредственной близости», но не ведут конвои), и полномасштабную военную операцию, на которую не хватает ресурсов и коалиции.
На этом фоне переговоры по ядерной программе зашли в тупик. Иран настаивает на снятии морской блокады как условии диалога, а Трамп называет трёхэтапный план Арагчи «неприемлемым». Тегеран также напоминает о поддержке России – на встрече Путина с главой МИД Ирана в Санкт-Петербурге российский лидер якобы высоко оценил сопротивление иранского народа давлению. Военные аналитики предупреждают: Иран способен на асимметричный ответ, используя «рои» катеров и дешевых дронов против дорогих эсминцев. А цены на нефть уже реагируют на каждое обострение в проливе, что особенно чувствительно для Белого дома перед промежуточными выборами в ноябре 2026 года.
Совет Безопасности ООН, как ожидается, проведет экстренное заседание по ситуации в Ормузском проливе. Но даже если реальных ударов 4 мая не было, сам факт массированной дезинформации показывает: конфликт перешел в новую фазу, где пропаганда работает не менее эффективно, чем ракеты.
